Путь на сайте

Партийная организация

Не меньшее значение, чем профсоюз, в общественной жизни депо играла партийная организация. Она действительно была руководящей и направляющей силой, своевременно откликалась на все события деповской, политической и общественной жизни. Партия вдохновляла работников на новые трудовые свершения, идеологически обеспечивал ударный труд, перевыполнение производственных заданий, новаторскую и рационализаторскую работу. Благодаря партийному руководству трудовой коллектив чувствовал своё единение с трудовыми коллективами по всей стране.

Главной задачей партийной организации являлось нацеливание трудового коллектива на решение задач по выполнению производственной программы перевозки пассажиров, выполнению требуемых видов ремонта, на укрепление безопасности движения поездов. Особое внимание уделялось созданию требуемого морально-психологического климата в трудовом коллективе, который бы способствовал решению этих, а также многих других задач.

Коммунистическая партия учила рядовых коммунистов и всех членов трудового коллектива быть активными участниками происходящих событий. Стремление отсиживаться в своей норе, принцип «Моя хата – с краю» были несовместимы с нормами партийной этики. Наоборот, господствующей становилась тенденция ответственности каждого человека за состояние дела на производстве. При этом подразумевалась не только ответственность за состоянием работы на своём участке, но и за работой своих товарищей. Таким образом, в норму вводился принцип коллективной ответственности. Этот принцип являлся необходимым элементом, поскольку современное производство очень сложно и состоит из множества звеньев, взаимосвязанных между собой. Успехи и трудовые подвиги одной группы работников могут быть сведены на нет недисциплинированность и браком другой.

В соответствии с Уставом КПСС партийная организация активно использовала право контроля хозяйственной деятельности предприятия. Это положение являлось очень важным в системе советских производственных отношений. Управление любым производством носило жёсткий административный характер, при котором руководитель имел право приказывать своим подчинённым исполнять ту или иную работу, а подчинённые обязаны были исполнять приказы. Однако такая система неизбежно приводила к перекосам  в отношениях между администрацией и рядовыми работниками. В силу недостаточной компетенции руководство могло принимать решения, не отвечающее потребностям производства. А в отдельных ситуациях рядовые работники могли неадекватно реагировать на принимаемые руководством решения.

Право контроля хозяйственной деятельности предприятия позволяло партийной организации своевременно выправлять такие перекосы. Все недостатки в работе депо, в отношениях между руководителями и подчинёнными подлежали рассмотрению на партийных собраниях или заседаниях партбюро. Любой коммунист имел право вскрыть те или иные недостатки в работе предприятия, высказать критику в адрес руководителей. Причём это была не просто критика. Партийное бюро определяло меры по устранению высказанных недостатков и следило за их реализацией. При этом по истечении определённого срока парторганизация возвращалась к поставленным вопросам, проверяла как устраняются выявленные замечания, как реализуются предложения членов партии.

Таким образом, право контроля хозяйственной деятельности предприятия являлось важным звеном обратной связи между рядовыми работниками и администрацией депо. Этот принцип позволял работникам активно влиять на производство, а в особых случаях – бороться с различными нарушениями, допускаемыми руководством. Такой подход закладывал основы единства тружеников и администрации предприятия, без чего невозможно было эффективное производство, без чего не могла существовать социалистическая система производственных отношений.

Вопрос обратной связи между рядовыми работниками депо и администрацией являлся, пожалуй, наиболее важным в работе предприятия. Каким бы ни был руководитель образованным, умным, толковым, он не мог работать безошибочно. Любой человек совершает те или иные ошибки. У руководителя ошибки в производственной деятельности, недостатки личного характера могли серьёзным образом повлиять на выполнение предприятием производственных показателей. Особенно серьёзным этот вопрос вставал тогда, когда депо боролось за призовые места в отраслевом социалистическом соревновании.

В производственной деятельности возможности критики руководства рядовыми работниками значительно ограничены трудовыми отношениями, в соответствии с которыми начальник имеет право руководить, а подчинённый обязан выполнять полученные распоряжения. Рядовой работник, конечно, имеет право высказывать своё отношение по тем или иным распоряжениям, а также вносить предложения по улучшению работе предприятия или подразделения, однако он не имеет право потребовать от руководителя изменить своё отношение по тем или иным вопросам.

На партийных мероприятиях работники могли смело критиковать руководителей за допущенные ими нарушения, имеющиеся недостатки. Это служило улучшению морально-психологического климата на предприятии, позволяло руководителям увидеть свои ошибки и недостатки, исправить их и, тем самым, добиваться успешного выполнения производственных показателей. В значительной степени такая практика была необходима и самим руководителям, поскольку их материальное и моральное благополучие полностью зависело от результатов работы всего коллектива в целом.

Труженики депо больше всего критиковали недостатки руководителей, допущенные в производственной области. К таким недостаткам относились неправильная организация трудового процесса, нехватка запасных частей и инструментов, отсутствие требовательности к вышестоящим органам по решению тех или иных проблем. Работники также понимали, что устранить некоторые недостатки невозможно без изменения некоторых личностных характеристик. Поэтому они требовали от руководителей быть менее грубыми, больше учитывать мнение подчинённых и т.п.

Сила и темперамент критики были пропорциональны остроте стоящих перед работниками проблем. Чаще всего это были замечания с указанием на необходимость решить те или иные вопросы. Но когда проблема накипала, работники прямо  руководителю в лицо указывали на недовольство им и уже не просили, а требовали решить тот или иной вопрос.

Особая форма критики – рассмотрение состояния работы того или иного руководителя на заседании бюро или на партсобрании. В рассматриваемый период такая форма работы использовалась очень эффективно. Несколько раз руководители депо отчитывались перед рядовыми коммунистами о своей деятельности.

В целом, руководители депо адекватно относились к критике подчинённых. Они прислушивались к советам и выполняли рекомендации, если это было под силу. Однако бывали случаи, когда руководитель не мог исправиться – либо в силу того, что решение данного вопроса от него не зависело, либо в силу особенностей своего характера.

Кроме этого, можно было услышать также и критику вышестоящих партийных органов. Чаще всего под её огонь попадали партийный комитет Ленинград-Финляндского узла и политотдел Ленинград-Финляндского отделения. Доставалось также и Калининскому районному комитету партии.  

Приём в партию носил добровольный характер. Этот вопрос являлся очень строгим. Кандидаты в ряды партии отбирались только из передовиков производства, активных общественников, ударников, рационализаторов. Для проверки готовности человека стать членом КПСС он вначале принимался в качестве кандидата. Кандидатский стаж продолжался обычно не менее одного года. При этом на него возлагались определённые партийные обязанности, ему давались поручения. За кандидатом закреплялись опытные наставники, которые проводили с ним занятия по изучению Устава, Программы партии, основных документов, решений последних партийных форумов. Они потом давали и рекомендацию. Старые члены партии оценивали работу своего нового соратника и когда было видно, что он уже созрел, его принимали в члены КПСС.

Такой механизм пополнения партийных рядов являлся очень эффективным. Он закрывал путь в КПСС недисциплинированным, антиобщественным элементам, карьеристам и пр. В то же время он ограничивал численность партии хоть и небольшим, но боевым количеством её членов. Ведь, вопреки бравурным заявлениям партийных идеологов, во второй половине ХХ века ещё не созрели условия чтобы требования, предъявляемые к членам партии, были воспитаны у основной массы народа.

Человек, желающий стать членом партии, должен был пройти несколько этапов. Вначале он подавал заявление в первичную парторганизацию того предприятия, где работал. Затем происходило собеседование с секретарём, где последний уточнял насколько тот хорошо ориентируется в политической жизни общества и каким он является производственником. После этого вопрос приёма рассматривался на партийном бюро и при положительном решении большинства членов организовывалось партийное собрание, на котором новичка принимали кандидатом в члены ВКП(б). По прошествии кандидатского стажа вопрос приём человека в партию снова обсуждался вначале на партбюро, а затем и на партийном собрании. Для утверждения приёма новичок являлся на особую комиссию в районный комитет.

Старые члены партии внимательно и очень придирчиво рассматривали новую кандидатуру. Они проверяли трудовую сознательность человека, смотрели каким он является производственником. Не меньшее внимание обращалось и на теоретические вопросы. Тщательное изучение партийных документов являлось обязательным условием для вступления в партию. На собрании для кандидатов устраивался самый настоящий экзамен. Звучала не только похвала в адрес вступающего, но и критика.

В то же время следует отметить, что в 1951-1952 годах основной костяк партийной организации депо составляли люди, ставшие членами ВКП(б) на других предприятиях, а то и на фронтах Великой Отечественной войны. Не везде там, где они вступали в партию, существовал жёсткий отбор кандидатов. Бывали случаи, когда в партию попадали недисциплинированные, незрелые люди. В дальнейшем это наложило свой отпечаток на работу партийной организации депо.

При организации депо большое значение обращалось на укрепление его ядра опытными и грамотными партийными работниками. С самого первого дня в депо работали сильные члены партии А.Р.Петров, И.А.Плинер, А.Н.Романов и другие. Несколько позже в депо пришёл А.И.Леонычев – бывший работник политотдела.

В ЭД-2 был самый высокий процент коммунистов из работающих среди всех предприятий моторвагонной тяги Октябрьской железной дороги. В первом квартале 1952 года их было 30%. Тем не менее, на формирование самой партийной организации ушло более полутора месяцев. Отчасти в этом был виноват не только узловой партком, но и сами работники. По инструкции коммунист должен вставать на партийный учёт в течении 10 дней после перехода в новую организацию, однако некоторые нарушали этот срок. 

С целью активизации работы партийной организации и обеспечения более тесной связи коммунистов и беспартийных работников предприятия все члены партии должны были иметь партийные поручения. Поручения рассматривались как выполнение коммунистами задач по строительству коммунистического общества, воспитанию человека новой морали. В основном, эти поручения были агитационно-пропагандистского характера. Коммунистам давались поручения по ведению агитации и пропаганды среди работников данного сцепа, в цеху и т.п.

Кроме агитационно-пропагандистской работы, коммунистам поручалось курирование работы комсомольской организации. Одним из таких кураторов являлся Л.А.Иванов. Поручением также являлась работа по изданию стенной газеты или листков типа «Молния» или «Разрядник», выходившие в течении определённого времени в депо.

Большое значение для депо имела работа, посвящённая XIX съезду ВКП(б). Этот съезд проходил в октябре 1952 года, однако партийная организация депо начала готовиться к нему ещё за несколько месяцев до его открытия. Партбюро тщательно изучило директивы съезда и проект изменения Устава ВКП(б). Эти документы легли в основу работы агитаторов и пропагандистов с тружениками депо. Также они были рассмотрены на состоявшемся в сентябре партийном собрании. С целью достойной встречи первого послевоенного высшего партийного форума было решено принять социалистические обязательства  - дать к съезду 21 тысячу сверхплановых накоплений. Была усилена работа по приёму в партию и в кандидаты в члены ВКП(б) наиболее достойных товарищей. 

По состоянию на июнь 1952 года в партийной организации депо числилось 48 членов и 5 кандидатов в члены ВКП(б). Члены и кандидаты в члены распределились: по социальному положению: 39 рабочих и 14 служащих; по образованию: 5 с высшим, 8 со средним, 20 с незаконченным средним и 20 с низшим; по полу: 49 мужчин и 4 женщины.

Немаловажным фактором работы партийной организации являлось расследование различных проступков, совершаемых коммунистами, а также конфликтных ситуаций, возникавших между ними. Несмотря на высокий уровень дисциплины коммунистов депо, некоторые из них допускали различные нарушения. Такие проступки не могли оставаться безнаказанными и партийная организация принимала меры по их искоренению. Для расследования проступка выбирался член партийного бюро, который проверял факты, опрашивал свидетелей, тем самым устанавливая правду об этом событии. При наличии спорных вопросов устраивалась очная ставка. После того, как выяснялась истина, назначалось заседание партбюро или партсобрание. На заседании или собрании член бюро, производивший расследование, докладывал о ходе дела, затем слово предоставлялось виновному. Присутствовавшие на данном мероприятии оценивали ситуацию и выносили решение.

По такой схеме, в частности, было произведено следствие по делу ТЧД Никитина, который в марте 1952 года был обвинён в непристойном поведении в отношении работниц депо Кудряшовой и Ярославцевой. На следствии он пытался выкрутиться, но в присутствии начальника депо была проведена очная ставка, где подтвердилась его неправота. Не захотев признать свою вину, он не явился и на товарищеский суд. Тогда это дело было передано в партийное бюро, а затем и на общее собрание, где ему был объявлен строгий выговор.

Партийная работа ложилась на членов партии довольно тяжким грузом. Если посчитать общее количество мероприятий, в которых должен был участвовать коммунист, то выходит внушительная цифра. Ещё более значительной она была для членов партийного бюро. Собрание проводилось один раз в месяц, заседание бюро – два раза, столько же организовывалось занятий в системе партпросвещения. К этому стоит добавить постоянные поручения, к которым периодически добавлялись и разовые. Помимо того, участие в профсоюзных мероприятиях. В целом получается, что член партии должен был в месяц тратить от 10 до 20 часов на выполнение партийной работы. В целом, эта цифра является не слишком большой, однако повторяясь из месяца в месяц в течении многих лет, она приводила к накоплению большой усталости. Коммунист старался избавиться от этой нагрузки, всё больше и больше относился к этой работе с прохладцей или откровенно игнорировал порученную ему работу.

Партийная учёба являлась одним из главных направлений в деятельности деповской организации ВКП(б). Учёба преследовала задачу постоянного повышения уровня политической грамотности всех членов партии, а также кандидатов в члены ВКП(б), членов ВЛКСМ и беспартийных активистов. Основными документами, которые изучали участники партучёбы, являлись произведения классиков марксизма-ленинизма: Карла Маркса, Фридриха Энгельса, Владимира Ильича Ленина, Иосифа Виссарионовича Сталина, а также другие руководящие документы. Повышение грамотности являлось обязательным для коммуниста, но форма проведения учёбы была добровольной.

Партийная учёба существовала в нескольких формах. Часть слушателей объединялась в тематические группы, где под руководством опытных пропагандистов изучали ту или иную тему, собираясь периодически на лекции. Другая часть занималась самостоятельно. Их руководители – консультанты – давали задания своим подопечным и время от времени проверяли ход усвоения материала. Наиболее грамотные и опытные члены партии сами являлись слушателями курсов, организованных при районном комитете ВКП(б). Там они проходили разнообразную подготовку. Ещё одной формой политучёбы являлись беседы на политические темы, проводимые в обеденные перерывы среди ремонтных и инженерно-технических работников.

Проходили партийное обучение и руководители различных групп слушателей – пропагандисты и агитаторы. Они обучались на семинарах при Калининском райкоме ВКП(б). Те из них, которые не могли посещать занятия при райкоме, посещали индивидуальные консультации там же или при библиотеке политотдела отделения.

В целом, сеть политпросвещения имела несколько форм. К ним относились: политшколы, кружки по изучению биографий В.И.Ленина и И.В.Сталина, вечерние районные партийные школы, вечерние университеты марксизма-ленинизма, семинары партийно-хозяйственного актива по изучению политэкономии, постоянно действующие семинары пропагандистов, консультантов и руководителей семинаров. Одной из форм также являлось самостоятельное изучение марксистско-ленинской теории по индивидуальному плану.

В партийно-политической учёбе участвовали даже руководители предприятия. Они проходили те же самые темы, но на курсах Университета марксизма-ленинизма. Занятия проводились при райкомах партии. При этом курсы при райкомах имели два варианта – слушатели могли заниматься самостоятельно, а могли организовываться групповые занятия консультантов. Однако от этой работы они имели возможность избавиться. Но это производилось после тщательного рассмотрения вопроса и выяснения всех причин, по которым слушатель не может заниматься политучёбой. Так, начальник депо Н.П.Юрасов зимой 1952 года был освобождён от посещения университета и сдаче соответствующих зачётов. Рассмотрение вопроса с Юрасовым производилось на заседании узлового парткома 11 декабря 1952 года. Там было выявлено, что начальник ЭД-2 не желает повышать свой идейно-теоретический уровень, ссылаясь на занятость на производстве. В дальнейшем он был из университета исключён.

Слушатели сети партийной учёбы изучали следующие темы: политэкономия, история ВКП(б) дооктябрьского периода, история ВКП(б) послеоктябрьского периода, политшкола, изучение работ классиков марксизма-ленинизма. В зависимости от количества слушателей по некоторым темам могли формироваться не одна, а две группы. Выбор той или иной темы осуществлялся слушателями самостоятельно. Также сами они определяли – ходить им на лекции или заниматься самостоятельно.

Партийная учёба соответствовала запросам дня. Изучение брошюры И.В.Сталина «Экономических проблем социализма в СССР» началось сразу после выхода её в свет уже в 1952/1953 учебный год. В этой брошюре автор давал экономические характеристики современного ему социалистического общества, тенденции и противоречия в развитии. Особое внимание уделялось критике попыток ряда экономистов свернуть на капиталистический путь развития. Большое внимание уделялось вещам, которые затрагивали стратегически важные вопросы развития советского государства. Так, на изучение заключительного слова И.В.Сталина на XIX съезде КПСС отводилось 4 часа. К изучению этого выступления подключалось основное количество слушателей партучёбы.

Особое место занимал контроль за ходом партийной учёбы. Обязательным было ведение конспектов по пройденным темам. Эти конспекты периодически проверялись руководителями групп. Также слушатели периодически сдавали зачёты своим руководителям по пройденным темам. Но и сами консультанты и пропагандисты периодически отчитывались о своей работе партийному бюро. За все недостатки с них жёстко спрашивали.

Система партийной учёбы имела очень важное значение в первый период существования советского государства. Её наличие объясняется очень низким уровнем грамотности трудящихся как в общеобразовательном, так и в политическом плане. Специалистов с высшим образованием было очень мало. Многие руководители даже среднего звена имели образование на уровне неполной средней школы.

Практическая реализация вопросов партучёбы наталкивалась на определённые трудности. Самым главным являлось то, что она требовала от слушателей изъятия большого количества времени от личной и семейной жизни. Хотя проведение лекций и было приурочено к концу рабочего дня, но машинистам зачастую приходилось приезжать на них из дома, что вело к дополнительной потере времени. Даже у самостоятельно изучающих много времени отнимало чтение соответствующей литературы и ведение конспектов. А поскольку многие слушатели партучёбы были людьми взрослыми и имели детей, то им трудно было разрываться между семейной жизнью и общественной. Поэтому зачастую они вопросам партийной жизни не уделяли достаточного внимания. Они не успевали изучать соответствующие темы, у них накапливались долги. В результате их время от времени разбирали на партсобраниях. Но это помогало мало, ибо общественная нагрузка в то время была довольно высокой. Помимо партийной учёбы все члены партии имели постоянные поручения. А время от времени приходилось исполнять и разовые поручения.

В 1951/1952 учебном году сеть партийного просвещения была утверждена в составе одного кружка по изучению истории ВКП(б) до 1917 года и одного кружка по изучению биографии И.В.Сталина. Кроме этого было создано 2 кружка по изучению Краткого курса истории ВКП(б), в котором занималось 18 человек. Самостоятельно изучали марксистско-ленинскую теорию 34 человека. Консультантами у них являлись Кириллов, П.А.Иванов-Вашин, Г.И.Кувшинов, Худяков. Для подготовки пропагандистов на новый учебный год В.Г.Парнов был направлен на курсы при городском комитете ВКП(б).

Один кружок по изучению «Краткого курса истории ВКП(б)» возглавлял Валентин Андреевич Худяков. К нему было прикреплено 4 коммуниста: Парнов, Савельев, Градов и Суханов. Позднее, в марте 1952 года, к ним добавился кузнец Белкин, недавно устроившийся на работу в депо. Все члены данного кружка занимались удовлетворительно, за исключением Суханова, которому мешали стеснённые жилищные условия. Однако после получения комнаты в посёлке Дюны он нагнал своих товарищей. Белкину было предложено изучать «Краткий курс» в том объёме, в котором сможет.

В целях контроля за состоянием партийной учёбы в 1951/1952 учебном году на партийном бюро периодически заслушивались пропагандисты и консультанты о положении дел. Это помогало поддерживать учёбу на должном уровне. Так, в течении учебного года партбюро заменило двух пропагандистов: Степанова – по болезни, а П.Н.Желнова – по просьбе слушателей. Желнов возглавлял кружок по изучению биографии И.С.Сталина. Он слабо был развит политически, занятия проводил скучно, обычно читал конспекты. Всё это не вызывало у слушателей никакого интереса. Посещаемость занятий резко снизилась. В результате они и ходатайствовали перед партбюро о его замене. В то же время, как недостаток, следовало упомянуть плохую посещаемость лекций. Она колебалась от 40 до 50%.

В кружке консультанта Кириллова по изучению «Краткого курса истории ВКП(б)» занимались Н.Н.Сергеев, Н.П.Шаров, В.Овчинников, А.Р. Петров, Шиловская. Слушатели серьёзно подходили к изучению тему, грамотно составляли конспекты, толково отвечали на вопросы консультанта. В кружке по изучению Краткого курса истории ВКП(б) занимались 10 человек, в том числе О.И.Ночёвная, Сулим, Калинин. Самостоятельно занимались в депо 19 человек, из них Никитин, Шиловская, Суханов. На курсах пропагандистов занимались А.Иванов, Коваль, П.Н.Желнов.

В 1951/1952 учебном году в школу агитаторов при парткабинете политотдела отделения дороги были направлены помощники машиниста А.Иванов и В.И.Коваль; при райкоме ВКП(б) обучался П.Н. Желнов.

В этом учебном году недостаточную активность в политучёбе проявляли коммунисты Сулим и Коростылёв. Они пропускали политзанятия. Сулим оправдывался тем, что живёт далеко за городом и для посещения политзанятий ему требуется целый день. Коростылёв перестал заниматься после того, как заболел руководитель его кружка Степанов. Пропуски занятий приводили к тому, что слушатели отрывались от своих товарищей. Поскольку такие явления были недопустимы для коммунистов, их разбирали на заседании партийного бюро 13 мая 1952 года. Сулим и Коростылёв были предупреждены о необходимости сознательного отношения к политучёбе.

Однако окончание учебного года сопровождалось определёнными недостатками. В последние месяцы теоретические конференции самостоятельно изучающих материал не проводились, по вопросам повышения своего идейно-теоретического уровня коммунисты не заслушивались, в кружках наблюдалось значительное отставание от программ. Итоговые занятия даже к 25 июню были проведены только в кружках Иванова-Вашина и Кувшинова.

Подготовка к 1952/1953 учебному году началась в сентябре. На заседании партийного бюро были избраны агитаторы, пропагандисты и консультанты. Агитаторами утверждались по одному человеку на каждый сцеп, а также по одному человеку на ремонтный цех и на контору.

В.А.Худяков возглавил кружок по изучению истории ВКП(б) дооктябрьского периода, В.Г.Парнов – кружок по изучению биографии И.В. Сталина. Консультантами стали: Е.П.Кириллов – по изучению первоисточников марксизма-ленинизма, Г.И.Кувшинов, В.Я.Тернер, П.А.Борщёв, А.И.Леонычев – по изучению истории ВКП(б) послеоктябрьского периода, К.В.Никитин, Н.П.Шаров – по изучению истории ВКП(б) дооктябрьского периода, П.Н.Желнов, И.Н.Яковенко, Степанов – по изучению биографии И.В.Сталина. Был также утверждён резерв агитаторов и пропагандистов в составе Д.Я.Барнаулова, М.Н. Блохина, Соловьёва. К концу года количество групп самостоятельно изучающих марксистско-ленинскую теорию достигло 11. Кандидаты Белкин и Д.Т.Ланёв были направлены в школу агитаторов при политотделе Ленинград-Финляндского отделения.

Всего сетью партийно-политического просвещения в 1952/1953 году было охвачено 93 человека, в том числе 52 члена КПСС, 4 кандидата в члены, 21 член ВЛКСМ и 16 беспартийных.

Первые занятия проводили пропагандист Худяков и Парнов. К лекциям они подготовились плохо, не знали ответов на простые вопросы слушателей. Присутствовавший на лекциях инструктор политотдела НОД-5 Карасёв потребовал по окончании лекций заседания партбюро для обсуждения такой нетерпимой подготовки пропагандистов. Худяков также не подготовился и ко второму занятию. Этот же вопрос рассматривался и на совещании политотдела НОД-5. К недостаткам также следовало отнести и плохую оперативность партбюро при формировании сети партпросвещения. Консультанты получили списки прикреплённых коммунистов только в начале октября. Некоторые слушатели на занятия являлись неподготовленными, обеспеченность наглядными пособиями была небольшой.

Кружок, который в прошлом учебном году занимался изучением Краткого курса истории ВКП(б), в 1952/1953 году в полном составе стал самостоятельно изучать произведения классиков марксизма-ленинизма, а также посещать цикл лекций при Калининском райкоме КПСС.

В течении года система политпросвещения не оставалась незыблемой доктриной. Она совершенствовалась по мере развития общества. После выхода в свет произведения И.В.Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР», в январе 1953 года она вошла в список изучаемой литературы. В связи с этим были переукомплектованы кружки. Был создан кружок по изучение «Экономических проблем…» при библиотеке политотдела отделения дороги. В этот кружок вошли 12 человек.

В этом учебном году продолжали сохраняться недостатки в организации учёбы, присущие прошлому учебному году. Посещаемость занятий составляла 50-60 %. На некоторые занятия являлось всего несколько человек. А два раза занятия были сорваны из-за неявки слушателей. Хуже всех посещали занятия Панькин, М.В. Гагарин, Зуева, Я.С.Петченко. Но даже посещающие занятия обладали низкой грамотностью. При проведении проверок они не могли ответить на многие вопросы. Несерьёзно относился к занятиям в школе агитаторов коммунист Белкин.

Некоторые коммунисты избрали форму самостоятельной учёбы для того, чтобы прикрыть свою бездеятельность. К таким членам партии относились Азетов, О.И. Ночёвная, Крылова, Коростылёв. Плохо работали также и руководители групп. Не все консультанты составляли индивидуальные планы со своими консультируемыми, наглядными пособиями при обучении не пользовались. Даже семинары при райкоме КПСС они посещали мало.   

Зимой 1952/1953 годов остро встал вопрос с партучёбой среди самостоятельно изучающих. Консультант П.Н.Желнов занимался только с одним своим слушателем – Савельевым, который к 26 декабря сдал три раздела. Остальные 5 слушателей самостоятельно не работали. При этом Желнов даже не имел понятия, что к нему прикреплён член ВЛКСМ Осипов, поэтому он с ним не встречался. Консультанты Кириллов, Леонычев и Степанов к занятиям вообще не приступили. Большинство консультантов не вели учёта, так как не имели дневника внештатного консультанта. У большинства слушателей отсутствовали индивидуальные планы. Контроль за работой консультантов практически не производится. Заслушивались только Тернер и Леонычев. Последний нерегулярно посещал семинары при райкоме КПСС. На партсобраниях вопрос о партучёбе вообще не выносился. Плохо обстояло дело с посещением лекций при РК КПСС. Должны были посещать 7 человек, а посещала одна Журкина.

Одним из самых больших недостатков в политучёбе заключался в том, что для занятий отсутствовало выделенное помещение. Это вынуждало руководителей кружков перед каждым занятием искать место для его проведения. Такое положение также влияло на плохую посещаемость слушателями.

На семинарах слушатели активно обсуждали материалы, которые им давал пропагандист. В группе изучающих работу И.В.Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР» наиболее активно работал ТЧЗр И.А.Боевец. Он принимал активное участие в обсуждении вопросов и на итоговом занятии семинара показал, что глубоко и прочно усвоил данный материал.

К завершению учебного 1952/1953 года ситуация была выправлена. В целом учебный план был выполнен. Отставание наблюдалось только в группе по изучению работы И.В.Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР». В ходе учёбы занимающиеся на лекции и семинары ходили плохо, их работа партийным бюро не контролировалась. К концу учёбы только два человека сдало по одной теме. Остальные заканчивали изучение после официального окончания учебного года.

Большое значение в работе партийной организации электродепо имела агитационно-пропагандистская работа. Эта работа проводилась членами партии, кандидатами и сочувствующими, которые утверждались агитаторами и пропагандистами. К этой работе подключались также и члены ВЛКСМ, а также кандидаты в комсомольцы.

В основу агитационно-массовой работы в депо были взяты следующие направления: а) мобилизация коллектива на выполнение производственных показателей, улучшение качества выпускаемой продукции, на развитие технического прогресса; б) создание здорового политико-мораль-ного состояния и всемерное укрепление трудовой и государственной дисциплины; в) разъяснение постановлений руководящих органов советского государства и мобилизация коллектива на их выполнение.

Темы агитационно-пропагандистской работы в разный период были разными. В начале 50-х годов эта работа была направлена на выполнение постановления Совета Министров СССР от 25 июня 1951 года, на разъяснение и выполнение решений 19 съезда КПСС, а также на пропаганду труда И.В.Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР».

Руководство агитколлективом осуществлялось секретарём партбюро. Ежемесячно планировалось 3-4 мероприятия для агитаторов, однако практически мероприятия проводились реже. Организовывались также инструктажи агитаторов. На них присутствовало, как правило не более 3-4 человек, так как по специфике работы собрать большее количество человек было очень сложно. Поэтому другой формой работы с агитаторами являлась индивидуальная беседа с ними.

Функции агитаторов и пропагандистов во многом совпадали, однако между ними имелись и различия. Агитацией являлось средство политического воздействия на широкие массы работников путём докладов, выступлений на митингах, через стенгазету и пр. В то же время она распространяла более узкие идеи по сравнению с пропагандой. Пропагандой называется распространение, разъяснение определённых идей. Она рассчитана на распространение широкого круга идей с более глубоким и детальным их изучением среди сравнительно узкого круга людей или же индивидуальная форма работы пропагандиста со слушателем.

Задача агитаторов и пропагандистов заключалась в разъяснении беспартийным работникам депо политика партии и советского правительства. Эта работа строилась на пропаганде фундаментальных трудов основоположников советского государства, на материалах очередных съездов и пленумов коммунистической партии. Не менее важное значение уделялось и пропаганде фактов и цифр, изложенных в форумах органов Советской власти и советского правительства. Большое значение уделялось внешней политике СССР. Пропаганда работы Всемирного Совета Мира, а также успехов стран народной демократии постоянно находилась в центре работы агитаторов и пропагандистов Ленинград-Финляндского электродепо.

Периодически на заседаниях партийного бюро должны были заслушиваться отчёты агитаторов о проделанной работе. Однако на практике такая форма работы использовалась редко. Так, за 1951/1952 год был заслушан только один отчёт – агитатора Иванова. Такая бесконтрольность отрицательно сказывалась на работе агитаторов, поэтому беседы, читки газет в цехах проводились нерегулярно, некоторые агитаторы не вели учёт проводимой работы.

Однако, вероятно, Иванов был выбран для отчёта из-за того, что он хоть и с недостатками, но работал. Он являлся агитатором на сцепе Ср3 689-692. За полтора месяца с 21 января по 5 марта 1952 года он провел несколько бесед-читок на темы: «Ленинизм», «Международное положение» с просмотром журнала «Международное обозрение», «Успехи мирного строительства», «О международном женском дне». Однако в своих беседах он не затрагивал производственные темы.

С другой стороны, на заседаниях партбюро заслушивались и те агитаторы, которые хуже всех осуществляли порученное им дело. Так, например, летом 1952 года к таким агитаторам относились Шершнёв и И.Ф.Яриновский. Они систематических бесед и читок газет не проводили, к своей работе относились несерьёзно. Их деятельность рассматривалась на заседании партийного бюро 15 августа 1952 года. Однако в ходе рассмотрения этого вопроса было выявлено, что указанные недостатки, хоть и в меньшей степени, относились и к другим агитаторам. Поэтому было принято решение пересмотреть состав агитаторов на следующий учебный год. 

Работа агитаторов и пропагандистов в этот период имела очень большое значение. Это был период недостаточно высокой грамотности основной массы трудящихся. Лишь менее половины работников имели среднее образование. Некоторые работники являлись вообще неграмотными. Такие люди не могли грамотно и правильно связать работу на конкретном производстве с успехами социалистического строительства по всей стране. Значительную прослойку работников составляли бывшие крестьяне, для которых была характерна худшая дисциплина. Необходимость дисциплинированности, жёсткого выполнения производственных показателей им была непонятна.

К этому стоит добавить и то, что человек того времени имел ограниченные возможности для получения информации о том, что делается за пределами его трудового коллектива. Телевидение в тот период находилось ещё в зачаточном состоянии, лишь немногие семьи могли похвастаться телевизорами. Из-за недостаточно развитой полиграфической базы были ограничены как количество газет, так и их тиражи; радиоприёмники тоже были не у всех. Кроме того, большое количество работников проживало в сельской местности, где из-за наличия приусадебного хозяйства не было возможности читать газеты или слушать радио (если таковое там и было). Таким образом, во многих случаях производственные агитаторы и пропагандисты являлись единственным источником информации о событиях в Советском Союзе и в мире в целом.

На партийном собрании 13 января 1952 года был сформирован был сформирован агитколлектив депо по подготовке к выборам. В список агитаторов вошли В.Я.Тернер, И.Н.Яковенко, И.Ф.Яриновский, П.А.Борщёв, Н.Гладилин, Н.И. Кириллов, А.Н.Иванов, А.И.Устинов, С.А.Степанов, Н.А.Градов, Ф.Г.Алексеев, Т.Смирнова, В.И.Фёдоров, А.Б. Карпенко. В резерв было выделено 5 человек: Коновалова, Н.Ф. Шиловская, Г.Калинин, П.Н.Желнов, Коробкин. По количеству человек исходили из того, что на депо был выделен участок в 30 квартир и по решению партийного комитета полагалось по две квартиры на одного агитатора. Однако формирование агитколлектива произошло с небольшим опозданием. В это время агитаторы уже должны были активно работать. В течении двух дней после проведения собрания с агитаторами было проведено инструктивное совещание по вопросу агитационно-пропагандистской работы.

Агитколлектив депо летом 1952 года насчитывал 12 человек и докладчиков из руководства депо 6 человек. Кроме этого, лекции проводили представители политотдела Ленинград-Финляндского отделения, райкома партии, райисполкома. За период до июня 1952 года в депо было проведено 11 лекций и докладов на общественно-политические и научные темы, в том числе: «Коммунистическая мораль и её превосходство над буржуазной», «Воспитание воли и характера», «Военное положение в Корее», «Китайская Народная Республика», «Международное положение СССР».

Агитационно-пропагандистская работа, посвящённая XIX съезду партии, который проходил в октябре 1952 года, явилась важной вехой в работе деповских агитаторов и пропагандистов. Страна к этому году подошла с большими достижениями. Задача агитаторов состояла в том, чтобы довести до всех работников эти достижения, показать преимущества социалистической системы развития перед капиталистической, которые на тот момент были неоспоримыми. Директивы ЦК ВКП(б) к съезду стали главной темой работы агитаторов в массах. Эти директивы разъяснялись, конкретизировались и дополнялись примерами из жизни депо.

В целом, за 9 месяцев 1952-1953 года было проведено 10 докладов и лекций с охватом 680 человек, в том числе по темам: «Директивы XIX съезда партии по V пятилетнему плану развития народного хозяйства СССР на 1951-1955 годы», «Забота о благе народа – закон социализма», «Товарищ Сталин об экономическом законе социализма».

В задачу партийной организации входило постоянное улучшение производственной работы, одним из вопросов которой являлась борьба против брака. Особенностью выполнения этой задачи являлось то, что в некоторых случаях вина за допущенный брак лежала не на конкретном исполнителе. Брак может быть допущен работником из-за плохой организации труда, из-за недостаточного снабжения материалами и инструментами, то есть в тех случаях, когда виновато руководство предприятия или вышестоящих организаций. В производственных условиях критиковать начальство не всегда представляется возможным. Партийная организация в этом плане предоставляет гораздо более широкие возможности для критики руководства и борьбы за более высокое качество выполняемых работ.

Задержка со строительством депо являлась крупным, серьёзным просчётом, допущенным руководителями как административных, так и партийных инстанций. Кроме этого, руководители всех уровней время от времени допускали и мелкие ошибки в своей работе, которые отрицательно сказывались на работе депо. Полностью избежать этих ошибок было, наверное, невозможно, ибо человек – не машина, и физически не может работать абсолютно безошибочно. Однако бывают ошибки, которые человек в состоянии сам заметить и бывают такие ошибки, которые он заметить не в состоянии. Устранять последствия этих ошибок нужно и в том, и в другом случае. Для этих целей и существовала партийная организация, которая в 50-х годах обладала возможностью оказывать воздействие на руководящих работников со стороны рядовых трудящихся.    

Плохие условия труда ремонтников, неподготовленность предприятия к зиме в 1951 году сложилась в том числе и из-за того, что узловой партком и политотдел отделения в течении нескольких месяцев не интересовались работой депо. Контроль за развёртыванием предприятия в августе и сентябре не производился. Обратить внимание этих двух структур на ЭД-2 удалось только после того, как 25 сентября было избрано партийное бюро. Оно заставило вышестоящие партийные органы заняться выяснением причин предельно плохих условий работы ремонтников депо.

Следует отметить, что работники депо, оказавшись в тяжелейших эксплуатационных и ремонтных условиях, не сидели сложа руки. Они постоянно напоминали руководству о необходимости решения этого вопроса, ускорения строительства нового здания. Этот вопрос постоянно затрагивался на каждом партийном собрании, очень часто он освещался на партбюро. Не обходились без него ни профсоюзные собрания, ни производственные. Иными словами, работники депо делали всё возможное для того, чтобы заставить соответствующие инстанции ускорить строительство нового производственного здания.

В то же время на собраниях поднимался и ряд вопросов, которые можно было решить на внутридеповском уровне. Так, на собрании в октябре 1951 года констатировалось, что в депо плохо организована уборка помещений: полы не моются, столы пыльные, оборудование в грязи. Этот вопрос спокойно мог быть разрешён в рабочем порядке. На этом же собрании отмечалось, что работа некоторых машинистов-коммунистов ведётся неудовлетворительно. Они не участвовали в соцсоревновании, не посещали технические занятия. Это привело к тому, что к очередной годовщине Великой Октябрьской социалистической революции депо подошло с плохими показателями.

  Наибольшее внимание на собрании 25 октября уделялось вопросам организации ремонта. Проведение КТО на улице в летне-осенний период ещё можно было оправдать, однако с наступлением зимы это становилось недопустимым. Снижение естественного освещения, плохие погодные условия приводили к ухудшению качества ремонта. Кроме этого, такая организация ремонта угрожала высокой заболеваемостью. В своём выступлении мастер комплексной бригады П.А.Иванов-Вашин заявил, что отказывается производить осмотры на улице. Его мысль поддержал дежурный по депо И.Н.Яковенко: «Те трудности, которые мы имеем, нужно преодолеть. О всех безобразиях и недостатках завтра же будет дано письмо вплоть до обкома. Нужно бить тревогу настойчиво». Несколько развила эту мысль работница депо Карандина. Она предложила начальнику депо Н.П.Юрасову незамедлительно отправиться к начальнику дороги с требованием навести порядок, а при отрицательных результатах обращаться в Обком ВКП(б).

На собрании также были отмечены многие недостатки, которые следовало назвать «болезнью роста». Они совершенно логично возникали на новом предприятии. Тем более, что плохие эксплуатационные и ремонтные условия лишали возможности своевременно устранять эти проблемы. К таким недостаткам относились организационные трудности, отсутствие чёткого планирования, внедрения передовых методов труда, механизации трудоёмких процессов, борьбы за качество ремонта. Однако то, что данные вопросы не забывались, давало надёжную гарантию того, что они будут решены.

 Получили утверждение на собрании и конкретные предложения, направленные на совершенствование работы депо в последующий период. Начальнику депо, в частности, было предложено в 10-дневный срок разработать организационно-технические мероприятия, организовать планирование работы цехов, планёрок с локомотивными бригадами и проведение производственных совещаний с командирами производства, привлекая на эти совещания передовиков и весь актив электродепо.

От партийного бюро собрание потребовало наладить систематический контроль за ходом выполнения взятых социалистических обязательств. Бюро должно было оказать помощь месткому в обобщении опыта работы передовиков производства, для чего до 15 ноября следовало провести совещание с передовиками-стахановцами по обмену опытом работы. Этому опыту работы до 1 декабря следовало обучить по 5 рабочих с каждого цеха с дальнейшим распространением опыта по всем работникам.

Месткому было предложено систематически проверять выполнение коллективных и индивидуальных социалистических обязательств, широко популяризировать опыт передовиков и стахановцев, используя для этих целей организационные мероприятия (собрания, активы) и наглядную агитацию (стенгазету и доску почёта), для чего требовалось организовать регулярный выпуск стенгазеты не реже одного раза в месяц с выходом первого номера к 34-й годовщине Великого Октября. К этому же сроку председателю месткома В.Овчинникову и начальнику депо Н.П.Юрасову требовалось организовать доску почёта.

В таком же духе прошло и очередное партийное собрание 14 ноября 1951 года. Несмотря на «громкий» заголовок первого вопроса повестки дня о выполнении постановления Совета министров СССР от 25 июня 1951 года, речь на собрании шла прежде всего о внутридеповских проблемах. Подробно остановились на технической учёбе локомотивных бригад, фактах непосещения её большой группой работников цеха эксплуатации. Также было уделено внимание и вопросам улучшения работы дежурных по депо. Из-за несогласованности действий различных служб станции Ленинград-пассажирский-Финляндский наблюдались большие проблемы при производстве маневровой работы на территории депо. Маневровая работа в депо производилась станционным паровозом, однако он имел большую загрузку по станции и не всегда мог своевременно выполнить деповские задания. По этой причине иногда срывался выпуск секций под поезда. Поэтому на собрании работниками было высказано предложение составить график работы паровоза, который бы учитывал маневровую работу депо и своевременно подавался бы для выполнения этой работы. Для станции этот график был бы законом, за невыполнение которого на станцию можно было бы налагать определённые санкции.

Работники депо активно принимали участие во всех демонстрациях и митингах, проводимых по случаю общенародных праздников – Великой Октябрьской социалистической революции и Дня международной солидарности трудящихся, а также разовых митингах, посвящённых каким-либо событиям – торжественным или протестным.

Первое массовое мероприятие, в котором работники депо приняли участие, была 34-я годовщина Великого Октября. По традиции к этому дню требовалось изготовить плакаты, транспаранты и другие агитационные средства. Однако в связи с тем, что депо в этот период переживало процесс становления, данное мероприятие оказалось под угрозой ибо отсутствовали средства на эту работу. Для её выполнения пришлось обращаться за помощью в райпрофсож, который выделил необходимую сумму.

При подготовке к этому мероприятию возник вопрос об организации торжественного вечера в депо, однако было решено своё мероприятие не устраивать, а присоединиться к вечеру, который был организован отделением дороги. В первую очередь это решение было основано на том, что в депо отсутствовали условия для полноценного проведения данного мероприятия. В то же время отделение смогло оборудовать помещение, предоставить докладчиков, подготовить художественную часть.

По существовавшим в советский период правилам, участие предприятия в первомайской или ноябрьской демонстрации являлось обязательным. В подготовке этого мероприятия принимали участие начальник депо, секретарь партбюро и председатель месткома. При необходимости они подключали и других лиц, в частности, мастеров цехов, машинистов-инструкторов. В ходе обсуждения принималось решение о том, чтобы машинисты-инструктора и мастера цехов проработали этот вопрос среди своих работников и чтобы работники вышли на демонстрацию. Каждому подразделению давались контрольные цифры участников. При подготовке также определялось какое подразделение будет нести тот или иной транспарант или портрет.

В обязательном порядке на это мероприятие выходили руководители, секретарь партбюро, председатель месткома и секретарь комсомольской организации. Обязаны также были присутствовать коммунисты, комсомольцы, а также профсоюзный актив. Однако по особенностям работы депо, общее количество участников демонстрации редко когда превышало 40 человек. Депо работало в любой выходной день, а у локомотивных бригад объём работы по выходным был ещё больше. Но свободные от работы коммунисты всегда присутствовали на демонстрации. Некоторые работники приходили на демонстрацию с детьми. Таких было не очень много, однако на каждой демонстрации присутствовало 2-3 ребёнка.

Обязательным было ношение разнообразных атрибутов – флагов Советского Союза и РСФСР, портретов В.И.Ленина, К.Маркса, Ф.Энгельса, Генерального Секретаря ЦК КПСС, кого-либо из членов Политбюро ЦК КПСС, секретаря Ленинградского обкома или горкома КПСС, а также различных транспарантов с призывами, посвящёнными текущей политической обстановке.

Первый государственный заём в жизни депо прошёл в апреле 1952 года. Депо основательно подготовилось к этому делу. Была создана комиссия содействия государственному кредиту и сберегательному делу. На каждый сцеп партийное бюро назначило уполномоченных: 707-708 – машинист Г.Л.Серченко, 709-710 – Я.Д.Азаров, 711-712 – Васильев, 713-714 – В.Овчинников, 715-716 – И.А.Плинер, 688-691 – И.А.Коростылев, 689-692 – А.Иванов. По цехам уполномоченные распределялись так: цех текущего ремонта – П.Н.Желнов, А.Багаев, В.И.Фёдоров, П.А.Иванов-Вашин, заготовительный цех – В.А.Худяков, К.Никитин, ОГМ – Косов, А.Б.Карпенко, Е.П.Кириллов, подсобно-хозяйственный цех – Петченко, Песков, цех экипировки – Т.И.Арсеньева, Захарова, Юрасова. На пункте оборота уполномоченным являлся Л.И.Кейнянен, среди дежурных по депо – Багаев и Яковенко, по техбюро – Карандина, по конторе – Н.Н.Сергеев, Журкина, по руководству – Н.Ф.Шиловская. В задачу этих уполномоченных входили беседы с людьми, разъяснение им смысла подписки и т.п. работа. Как правило, уполномоченными назначались члены партии и комсомольцы.

Комиссия составила предварительные списки, провела беседы с машинистами. Депо было предложено дать 110-процентную подписку. На заседании бюро было высказано сомнение в данной цифре, поскольку малообеспеченные работники не могли дать и 100 процентов. Однако в результате обсуждения была установлена 125-процентная подписка.

Были работники, которые подписывались и на более крупную сумму. Однако это не означало, что за данный месяц работники не получали зарплату. Сама по себе подписка означала, что данная сумма будет вычитаться из зарплаты равными долями в течении нескольких месяцев. В целом, для работников депо займы не были обременительны. Деньги на подписку перечислялись безналичным путём через бухгалтерию депо. Участвовавшие в подписке работники получали облигации на сумму этой подписки. Облигации на данную сумму выдавались в бухгалтерии через некоторое время после того, как работник заплатил за неё.

С целью повышения качества подписки использовалась наглядная агитация. В депо вывешивались «молнии», а также график хода подписки. Ход подписки и её результаты отражались также в стенной печати.

Работники депо положительно отзывались об этих займах. Они понимали, что деньги, которые государство у них временно изымает, идут на дальнейшее развитие народного хозяйства, что ускоряет процесс социалистического строительства. Постоянное снижение розничных цен давало возможность работникам на одну и ту же зарплату получать с течением времени всё больше и больше товаров и услуг.

Однако среди работников встречались и недовольные займами. Больше всего таких людей возмущал размер, а также тот факт, что подписка только формально являлась добровольной. Фактически же это была принудиловка. Лишь немногие работники отказывались от участия в подписке. Некоторые работники, несогласные только с размером займа, подписывались на меньшую величину – 50% или иное.

В отношении подписки к коммунистам предъявлялись более высокие требования, чем к беспартийным. Если последние ещё могли под какими-нибудь предлогами увильнуть от неё, то у членов партии это не допускалось. Коммунисты обязаны были подписаться на величину, не меньшую установленной. В том случае, если они возражали против такого подхода, то с ними проводилась беседа уже лично секретарём или на заседании партбюро.

Партийные собрания в депо проводились регулярно, один раз в месяц. Такая норма была заложена в Уставе КПСС  и она строго придерживалась. Можно было проводить собрания и чаще и при наличии вопросов, требовавших срочного обсуждения, они проводились два раза в месяц. Однако слишком частое проведение собраний было очень неудобным, поскольку подготовка к ним требовала много времени и усилий. Практически не было случаев, когда собрания проводились бы реже одного раза в месяц. Как исключение, собрание не проводилось во время отпуска секретаря.

Круг вопросов, обсуждаемых на партийных собраниях, был необычайно широким. Фактически, на собрания выносились все те вопросы, которые волновали трудовой коллектив, в решении которых было заинтересовано руководство депо, а также партийная организация предприятия. Ряд вопросов заслушивался по предложению вышестоящих органов – партийных и административных.

К числу этих вопросов, рассматриваемых на собрании, относились прежде всего производственные. Выполнение производственного плана депо, графика движения поездов, выполнение плана ремонта, безопасность движения всегда находилась на строгом контроле как администрации предприятия, так и партийной организации. Сюда же относилась и культура обслуживания пассажиров. К производственным вопросам относились и вопросы по культурному состоянию цехов, по обеспечению ремонтных цехов запчастями, материалами и т.п. В случае каких-либо неполадок, отклонений на ближайшем партийном собрании происходило обсуждение данного вопроса с принятием соответствующих мер.

Другая группа вопросов была связана с дисциплиной работников. Несмотря на то, что состояние трудовой и производственной дисциплины находилось на высоком уровне, бывали случаи, когда коммунисты или комсомольцы совершали отдельные проступки. Именно для поддержания высокой дисциплины и требовалось, чтобы члены партии давали им решительное осуждение. Это не только позволяло избежать в дальнейшем проступков со стороны данных товарищей, но и дисциплинировало других. Вопросы этой группы формировались, как правило, в персональные дела.

На собрании также проводилось обсуждение вопросов, связанных с политической деятельностью нашей страны, с деятельностью Коммунистической партии Советского Союза как внутри страны, так и на международной арене. Одним из наиболее важных вопросов этой серии являлось обсуждение итогов партийных форумов: съездов, конференций, пленумов ЦК и региональных комитетов. Однако термин «обсуждение» в данном контексте будет являться несколько неправильным, поскольку он подразумевает наличие нескольких точек зрения, в ходе спора которых согласуется единое мнение. В условиях же советского периода могла существовать только одна точка зрения – целиком и полностью отражающая и поддерживающая любые правительственные постановления. На собраниях обязательно рассматривались решения партийных съездов и общепартийных конференций.

Иногда на партийных собраниях присутствовали представители вышестоящих партийных органов – инструктора, заведующие отделами районного комитета или парткома узла. Однако такие визиты наблюдались не часто. В целом они имели место один – два раза в год. Как правило, к таким визитам секретарь партбюро готовил справку по обсуждаемым на собрании темам или по состоянию дел в партийной организации. Это требовалось для того, чтобы приглашённый был в курсе вопросов, которые затрагиваются на собрании.

Фактически такие визиты являлись своего рода плановой проверкой состояния дел в партийной организации. Кроме этого, приглашённый смотрел за активностью присутствующих, отмечал наиболее активных или наиболее грамотных коммунистов. Эти вопросы учитывались при назначениях на вышестоящие должности. Таким образом, в ходе подобных визитов производилась и кадровая работа.

Собрания готовились очень тщательно. Ответственным за подготовку, как правило, был член бюро, которому данная тема была по профилю. Он себе в помощь подбирал ещё одного - двух человек из членов бюро, а иногда и из рядовых коммунистов. Они тщательно изучали ситуацию, которая сложилась по данному вопросу, беседовали со всеми заинтересованными лицами. В подготовке обсуждаемых вопросов также участвовали и руководящие работники депо. Как исключение, вопросы могли готовить и беспартийные, если тема соответствовала их производственному профилю. Так, вопрос об увеличении пробега сцепа № 689-692 готовил беспартийный работник технического отдела инженер З.В.Иц-кович. В рамках подготовки к собранию готовился и проект постановления.

Важным вопросом в подготовке собраний являлось информирование коммунистов об их проведении. С ремонтными работниками было проще: информация о собрании вывешивалась в депо, таким образом все знали о дате и времени проведения. В отдельных случаях секретарь или члены бюро персонально предупреждали того или иного коммуниста о необходимости присутствовать.

Сложнее было с локомотивными бригадами. Секретарь партбюро со списком коммунистов подходил к нарядчикам и там они вместе решали вопрос: кого можно освободить, кого можно подменить. При этом нарядчики заранее информировали коммунистов о том, что они в данный день должны вместо работы отправляться на партсобрание. Хоть и редко, но бывали случаи, когда коммунисты сердились на то, что их вырывают из графика, срывают выходной день и т.п. В тех случаях, когда человека невозможно было подменить, вопрос решался по-другому. Тогда секретарь обращался к дежурному по пункту оборота и тот, по возможности, подменял коммуниста резервным машинистом на одну – две поездки.

Среди выступлений наибольшее значение имели те, кто развивал критику снизу. Пользуясь положением о равенстве всех членов партии друг перед другом, на партийных собраниях рядовые работники имели возможность остро критиковать вышестоящих руководителей за допускаемые ими ошибки в работе. Неоднократно критиковался начальник депо Н.П.Юрасов,  его заместители, руководство отделения и управления Октябрьской железной дороги. Критике подвергался также и Ленинградский городской комитет партии.

Это позволяло вскрывать недостатки в работе руководителей, давать им направление в работе над собой. В том случае, если вскрываемые недостатки не устранялись, они звучали уже не в качестве реплики того или иного коммуниста, а как отдельный вопрос на партбюро или партсобрании. В наибольшей степени в рассматриваемый период критика звучала в выступлениях П.Д.Андреева, П.Н.Желнова, П.А.Иванова-Вашина, Г.И. Кувшинова, Кучинского, Левашова, Леонычева, Мирошниченко, В.Г. Парнова, В.Я.Тернера.

Эта критика была основана прежде всего на ряде серьёзных просчётов и недостатков со стороны руководящих работников, с которыми столкнулись труженики депо в первые годы работы. Отсутствие нормальной ремонтной базы серьёзнейшим образом осложняло нормальную работу коллектива депо, в первую очередь слесарей, которые вынуждены были зимой, в снег и мороз производить ежедневные осмотры и часть профилактических осмотров под открытым небом даже при отсутствии достаточного освещения. Не все работники знали, что строительство нового здания депо запаздывало из-за несогласованности железнодорожных и городских инстанций, однако они понимали, что эта проблема возникла по причине просчётов ряда руководителей. Ведь тот факт, что новое здание депо не будет готово к пуску электрификации, был ясен задолго до ввода линии в эксплуатацию. Следовательно, можно было бы заранее подготовить старое помещение для ремонта электропоездов. Сейчас же у рядовых работников складывалось впечатление, что вышестоящие органы на них просто наплевали. И теперь высказывали свою критику в адрес этих руководителей.

Завершало собрание всегда постановление по каждому вопросу. В нём тезисно излагался доклад и выступления участников и содержался список мероприятий, которые следовало выполнить либо по устранению выявленных недостатков, либо по реализации намеченных на собрании мер. Реализация этих мероприятий имела огромное значение для жизни партийной организации. Она позволяла членам партии активно участвовать в партийной и хозяйственной жизни депо, ставить вопросы об устранении недостатков или об улучшении работы. В том случае, если решения, принимаемые на собраниях оперативно устранялись, это создавало очень хороший моральный климат в депо. Рядовые работники видели, что к их словам руководители прислушиваются.

Однако в первые годы организовать выполнение принимаемых на собраниях решений не всегда удавалось. Это было связано как с объективными, так и субъективными причинами. Поскольку приходилось работать в условиях старой производственной базы или строящейся площадки, то многие вопросы просто не могли быть решены. Но большую роль играли и субъективные причины. Секретари партбюро не имели должного опыта по организации контроля за исполнением решений. Серьёзным фактором также являлось и то, что секретари были неосвобождёнными, то есть по своей основной работе они подчинялись тем лицам, от кого должны были требовать исполнения принимаемых на собраниях решений. Такая двойственность существенно ослабляла возможность контроля членов бюро за действиями руководства предприятия.

Партийная организация депо управлялась партийным бюро, которое переизбиралось один раз в год на партийном собрании. В его состав вначале входило 5 человек, позднее, с ростом численности организации, увеличилось и количество членов.

Первый состав партийного бюро был избран на первом партийном собрании 28 сентября 1951 года. В него вошли начальник депо Н.П. Юрасов, машинист-инструктор А.Н.Романов, работница отдела кадров Шиловская, дежурный под депо И.Н.Яковенко, бригадир комплексной бригады В.И.Фёдоров. Однако этот состав бюро показал плохую работоспособность и через год, 25 июня, в новый состав бюро никто не был избран, за исключением ТЧ Юрасова – и то только из-за занимаемой им должности. В новый состав бюро кроме Юрасова вошли машинист М.Н.Блохин, мастер цеха Д.И.Трефилов, слесарь П.Н.Желнов, Г.И.Кувшинов. 

Каждый из членов бюро имел своё направление работы. Наиболее важными направлениями являлись идеологическая и производственная работа. Как правило, ответственные за эти направления работы являлись заместителями секретаря партбюро. 

Партийное бюро координировало различные вопросы производственной, общественной и политической работы предприятия. Оно участвовало в организации партийной учёбы, социалистического соревнования, не оставалось в стороне от движения рационализаторов и изобретателей. Бюро вело решительную борьбу с нарушителями трудовой и производственной дисциплины – членами партии. Члены бюро организовывали партийные собрания и выполняли решения, принимаемые ими. На заседаниях бюро заслушивались отчёты о деятельности членов бюро, а также секретаря комсомольской организации. Там же могли быть заслушаны и производственные руководители.

Партбюро добивалось активного участия коммунистов в пропаганде экономической политики КПСС, ленинских принципов соревнования, успехов советского народа в строительстве коммунизма. Проведение этой работы помогало прежде всего в социалистическом соревновании, поскольку мобилизовывало трудовой коллектив на успешное решение строящих перед депо сложных задач.

Партийное бюро на практике реализовывало положение о контроле хозяйственной деятельности администрации депо. Этот контроль вытекал из принципа советской власти об участии работника в управлении производством. Это участие предусматривало несколько форм, одной из которых было заслушивание руководителей производства на заседаниях партийного бюро. 

Заслушиванию хозяйственных руководителей предшествовала серьёзная подготовка. Из двух-трёх членов бюро создавалась комиссия, которая рассматривала хозяйственное положение депо. При необходимости в состав этой комиссии могли включаться и рядовые коммунисты, которые также собирали материалы по теме заседания бюро. Затем на заседании бюро заслушивался руководитель данного подразделения. Члены бюро выслушивали его мнение, а также мнение «следственной» комиссии и в  результате находили истинное положение дел. В решении намечались конкретные шаги по улучшению работы депо. В большинстве случаев таких мер хватало для исправления ситуации. Однако бывало и так, что отдельные коммунисты не желали или не могли выполнить решения партии. В этом случае вопрос вновь затрагивался на следующем заседании партбюро. И в том случае, если была вина самого коммуниста, с него спрашивали намного серьёзнее. Могли даже и наказать.

Рассмотрение вопросов на партбюро проводилось на принципиальном и очень жестком уровне. Благодушие как в производственных вопросах, так и в рассмотрении недостатков не допускалось. Во многих случаях у «допрашиваемых» на партбюро пот лился градом, они не знали куда себя деть от стыда – в том случае, если были сами виноваты.  

Партийное бюро занималось рассмотрением кандидатов на те или иные руководящие должности. К таким должностям относились: начальник депо, его заместители, главный инженер, машинисты-инструктора, старший мастер и мастера ремонтных цехов. При рассмотрении прежде всего обращалось внимание на деловые способности кандидата, на умение работать с людьми. И бывали случаи, когда бюро не соглашалось с представляемыми кандидатами.

Партбюро взаимодействовало также и с местным комитетом. Постоянно под контролем находился вопрос о путёвках в санатории, дома отдыха и т.п. В целом бюро держало под контролем все вопросы деятельности месткома, помогая при необходимости решать те или иные сложные задачи.

Организация и проведение заседаний партбюро во многом были схожи с организацией и проведением партийных собраний. Отличались они преимущественно тематикой. На заседание бюро выносились вопросы, которые требовали обсуждения в более узком кругу. Рассматривались также и те, которые выносились на собрания, но требовали предварительной подготовки. Все вопросы можно условно разбить на три группы: вопросы хозяйственной деятельности и порядке контроля; вопросы организационно-партийной и партийно-политической работы; рассмотрение персональных дел. Большинство из рассматриваемых вопросов относилось ко второй группе.

В первый год деятельности партбюро занималось преимущественно текущей работой, а работы стратегического характера – обеспечение летних перевозок и партийно-политическая работа – оставались вне зоны действия. Дело доходило до того, что не выполнялись даже свои собственные решения. В марте 1952 года было принято решение проработать Устав о дисциплине, но этого сделано не было. Иногда заседания партбюро проводились по неподготовленным, непроработанным вопросам.

Значительной была работа партийного бюро в деле успешного выполнения социалистического соревнования. Необходимо было разъяснить рядовым коммунистам и беспартийным необходимость принятия повышенных обязательств и их реализации. В основном коммунисты понимали важность стоящих перед ними задач и обеспечивали их достойное выполнение. Однако бывали и такие коммунисты, которые не стремились выполнить обязательства, действовали с ленцой или безграмотно. С такими коммунистами члены бюро беседовали и не по одному разу. Эти беседы приводили к нужным результатам. Депо постоянно занимало самые высокие места в соцсоревновании.

Одним из направлений работы партийного бюро являлось поддержание высокого морально-политического климата на предприятии. Именно дружественные отношения работников депо между собой, а также между рядовыми работниками и администрацией в значительной степени помогали достигать высокой производительности труда, обеспечивали выполнение поставленных перед предприятием задач. На практике, конечно, невозможно было обеспечить полную бесконфликтность среди работников депо. Конфликты возникали как в силу ошибок, случайно допущенных отдельными работниками, так и в силу противоречивых стремлений, когда некоторые труженики искали в работе выгоду прежде всего для себя, а не для всего коллектива в целом.

При правильной постановке вопроса партийное бюро имело возможности своевременно разбираться в сущности конфликта, выяснять его истоки и находить взаимоприемлемые решения между виновником конфликта и потерпевшим. Деятельность бюро в этом плане была особенно важна из-за того, что оно имело возможность контролировать деятельность администрации. Ведь значительное количество конфликтов возникало между рядовыми и руководящими работниками депо. По производственной линии рядовые работники имели мало возможностей для воздействия на администрацию.

Тем не менее, в начале деятельности предприятия этому вопросу внимания уделялось мало. Так, бюро проглядело конфликт об упоминавшемся выше «северном блоке». Этот конфликт разбирать всё равно пришлось, но не тогда, когда он только зародился, а тогда, когда машинисты стали в открытую выражать претензии.

Возглавлял партбюро секретарь, избираемый на заседании партбюро. Из-за малой численности работников депо и, соответственно, партийной организации, секретарь партбюро был неосвобождённым.

Секретарь координировал работу членов партийного бюро. Он следил за выполнением ими партийных поручений, а также организовывал проведение партбюро. В задачу секретаря входила также составление планов работы партийной организации на определённый срок, как правило, на один месяц.

Выборы секретаря осуществлялись на заседании партбюро из его членов. Практически не было случаев, когда секретаря бюро избирали бы единогласно. Коллектив бюро, как и в целом, парторганизации, отличался высокой боевитостью. Они не скрывали ошибок и провалов в работе секретаря, и при выборах, как правило, 1-2 человека, а то и больше были против избрания. Утверждение секретаря производилось на заседании бюро районного комитета партии.

Однако на первых порах не все секретари соответствовали этим требованиям. Избранный в 1952 году секретарём Д.И.Трефилов неоднократно разбирался на партийных собраниях, заседаниях узлового комитета и на райкомах за неправильную организацию работу. В целом, всеми инстанциями предпринималась борьба за улучшение его деятельности. Однако Трефилов работал в очень специфических условиях и не имел возможность улучшать свою работу. Он вынужден был сочетать руководящую работу в партийной организации с руководящей работой мастера цеха текущего ремонта. Последняя деятельность в сложных условиях работы сразу на двух ремонтных площадках – новой и старой территории депо требовала очень большого внимания со стороны мастера. Постепенно он приобретал опыт работы, его деятельность непрерывно улучшалась и решением политотдела Ленинград-Финляндского отделения был выдвинут на руководящую работу.

Помощь партийному бюро оказывали партгрупорги цехов. Такие партгрупорги были избраны в цехе эксплуатации и цехе ремонта. Позднее в цехе тяги вместо партгрупорга было избрано партбюро.

Задачей партгрупп являлось проведение собраний, оказание помощи в работе профгруппам, проведение соцсоревнование в цехах. Также важным вопросом являлось налаживание в коллективе высокого морально-психологического климата. Всю свою работу партгруппа осуществляла под руководством партбюро и контролировалась им. Периодически партбюро проводило инструктажи среди членов партгрупп по тем или иным вопросам. В целом, вопросы, которые решались цеховыми партгруппами, были идентичны вопросам, решаемым на уровне деповского партбюро. Однако они могли решаться более оперативно и в значительной степени разгружали партбюро. Во многом, на партбюро решались те вопросы, которые не могли быть решены на уровне партгруппы. В первые месяцы работы коммунисты ещё не успели ознакомиться с деловыми качествами своих новых товарищей. По этой причине цеховыми партгрупоргами были избраны лица, не отвечающие требованиям данной должности. Избранный в декабре 1951 года партгрупорг цеха тяги П.В.Никитин не смог организовать работу своей группы. Он слабо вёл работу по укреплению дисциплины, политической работой также не занимался. Теми же недостатками был отмечен и партгрупорг ремонтных цехов П.Н.Желнов. Он работу с коммунистами практически не проводил, в организации соцсоревнования не участвовал. Скорее всего, Желнов просто не имел возможности активно заниматься партийной работой, так как в производственном отношении он являлся передовиком, неоднократным победителем дорожного соцсоревнования по своей специальности. И Желнова, и Никитина пытались перевоспитать, повысить ответственность за порученное дело, но это оказалось безуспешно. Вскоре вместо Никитина был избран машинист Н.И. Гладилин.

Работа партийной организации депо проходила под руководством вышестоящих партийных органов. К ним относились партийный комитет Ленинград-Финляндского узла, политотдел Ленинград-Финляндского отделения и Калининский районный комитет Всесоюзной коммунистической партии большевиков.

Задачи, которые ставили вышестоящие партийные органы по отношению к партийной организации депо, в рассматриваемый период были очень разнообразные. Прежде всего они касались формирования партийной организации и его штаба – партийного бюро. Формирование парторганизации началось сразу после начала работы предприятия. Но в новом коллективе люди были ещё малоизвестные; сходу не просто было определить кто какую работу можно осилить. Ведь только часть членов партии работала ранее в ТЧ-12, то есть на виду у партийных органов отделения и райкома. Значительная часть пришла либо из ЭД Ленинградской железной дороги (Ленинград-Балтийское электродепо), либо вообще со стороны.

В подборе кандидатов принимали активное участие в первую очередь узловой партком и политотдел отделения дороги. Они беседовали с кандидатами, смотрели их производственную работу, изучали личные дела. Проверялась их партийная деятельность по предыдущему месту работы. Были представлены кандидатами, как считалось, наиболее достойные личности. Однако избранные члены бюро работу проводили на невысоком уровне.

Вышестоящие партийные органы пытались исправить существующее положение. Они непосредственно на месте оценивали упущения, недостатки; искали выходы из затруднительных ситуаций, предлагали варианты исправления ошибок. Однако в этом вопросе не всегда действовали принципиально. В работе со своими подчинёнными и партком и политотдел сами допускали ошибки. Так, были периоды, когда вышестоящие органы редко посещали подчинённую организацию. Бывали случаи, когда представители политотдела или парткома при посещении депо не общались с рядовыми коммунистами.

Наиболее серьёзной проблемой, стоящей перед партийными органами, являлась крайне неудовлетворительное состояние ремонтной базы. Рядовые коммунисты на собраниях постоянно говорили о необходимости более качественной организации ремонта подвижного состава. Партийные органы на всех уровнях понимали, что в этот период о каком-либо качественном улучшении ремонта и речи быть не может,  но новая производственная площадка уже строилась и в скором времени должна была войти в эксплуатацию. По этой причине предлагавшиеся варианты организовать ремонт где-нибудь в другом месте не могли быть реализованы. Тем не менее требовалось не просто организовать работу с коммунистами таким образом, чтобы они активно выполняли и перевыполняли производственные задания, но и агитировали за это беспартийных работников.

Очень часто вопросы работы депо рассматривались на заседаниях соответствующих партийных органов. В основном это были конкретные вопросы партийной деятельности. Чаще всего эти вопросы ставились тогда, когда работа парторганизации депо по данному направлению являлась неудовлетворительной. Так было, в частности, в ноябре 1952 года, когда состояние наглядной агитации, посвящённое итогам XIX съезда КПСС, находилось на очень плохом уровне. Были выявлены многочисленные недостатки. В качестве мер по устранению этих недостатков было предложено следующее: а) обновить наглядную агитацию в соответствии с задачами, поставленными решениями 19 съезда КПСС; б) партийным и профсоюзным организациям в срок до 25 ноября оформить витрины с материалами съезда, диаграммы роста народного хозяйства СССР и стран народной демократии; в) в наглядной агитации шире отражать борьбу за укрепление трудовой и производственной дисциплины; добиться чтобы в каждом цехе имелись наглядные средства, призывающие к укреплению трудовой дисциплины; г) секретарям парторганизаций усилить контроль за работой местных комитетов по руководству социалистическим соревнованием, строго следить за тем, чтобы ход соцсоревнования отражался в наглядной агитации; д) шире использовать наглядную агитацию в деле развития технического прогресса, организовать показ новаторов производства, лучших рационализаторов и изобретателей.[1]

Вышестоящие партийные органы внимательно, но в тоже время и требовательно относились к производственным руководителям предприятия. Они оказывали им практическую помощь в работе, старались сделать для депо всё возможное. Но и спрашивали с них строго. Больше всего претензий было к Н.П.Юрасову как к руководителю предприятия. Его часто вызывали в партком или политотдел с целью выслушать отчёт о работе. В ходе этих отчётов было видно, что данная должность для него слишком тяжёлая и он с ней не справляется. Юрасов запустил контроль за руководителями среднего звена, отсутствовала постановка и решение стратегических задач.

Периодически рассматривались и текущие вопросы работы партийной организации, в частности о состоянии партийной учёбы, о росте производительности труда и внедрении передовой техники и технологий. Рассмотрение текущих вопросов давало возможность обмена опытом между предприятиями. Но иногда эти рассмотрения служили целям устранения недостатков, которые допускали те или иные партийные организации в своей работе. Так, осенью 1952 года в политотделе отделения дороги рассматривался вопрос организации политучёбы в Ленинград-Финляндском электродепо. Поводом послужило огромное количество недостатков, с которыми вступили в новый учебный год ответственные за эту работу. Совещание потребовало принять решительные меры по устранению этих недостатков и в конечном итоге добилось улучшения положения в этом вопросе.

Комсомольская организация была сформирована в депо 20 октября 1951 года. На проведённом в этот день комсомольском собрании было избрано бюро, в состав которого вошли Афанасьев, А.Белокурова и А.Б. Карпенко. Секретарём была избрана табельщица А.Белокурова. В момент создания комсомольской организации в электродепо было 14 комсомольцев из 30 человек молодёжи, работавших в депо.

По состоянию на 1 июля 1952 года в деповском комсомоле состояло 27 человек. Это был один из самых высоких показателей на отделении.[2] Комсомольская организация депо насчитывала 3 группы. Несоюзной молодёжи в депо насчитывалось на этот период 13 человек.

Комсомольская организация большое внимание уделяла повышению идейно-политической, технической и общеобразовательной грамотности молодых работников депо. Сразу же после оформления комсомольской организации была создана сеть комсомольской политучёбы. Были сформированы два политкружка – по изучению биографии И.В.Сталина и по изучению Краткого курса истории ВКП(б). Второй кружок работал успешно. Обучающиеся активно посещали занятия, преподаватель грамотно объяснял материал. Наибольших успехов в политучёбе достигли Б.Афанасьев, Н.Кузнецов, В.Ганин, комсгрупорг В.Архипов.

Однако в целом в первый период комсомольская организация работала неудовлетворительно. Активность комсомольцев была низкой, многие из них не имели никаких поручений или не выполняли возложенные на них. Системой политпросвещения были охвачены не все из них. Многие комсомольцы систематически повышали свою грамотность, однако некоторые нигде не учились. На низком уровне находилась трудовая и производственная дисциплина, среди комсомольцев имелись бракоделы, комсомольцы допускали опоздания на работу. К работе комсомольской организации не привлекалась несоюзная молодёжь. Комсомольцы в этот период увлекались культурной работой, а своей основной деятельностью – производственной, а также по политическому воспитанию, практически не занимались. В первый период работы среди комсомольцев было много тех, кто имел задолженность по уплате членских взносов. Задолженности доходили до 4-5 месяцев. Однако с этим явлением была начата борьба и к весне 1952 года долги погасить удалось.

Корни проблем скрывались в том, что комитет ВЛКСМ не обладал достаточным уровнем грамотности и по ряду причин не имел возможностей для организации работы молодёжи. В состав комитета ВЛКСМ были избраны люди с низкими организаторскими способностями, а секретарь комитета А.Белокурова обладала к тому же и физическим недостатком (глухотой). Она не имела возможности эффективно воздействовать на своих подчинённых.

За первые три месяца существования комсомольской организации было проведено 4 комсомольских собрания, на которых рассмотрены следующие вопросы: а) об итогах VII Пленума ЦК ВЛКСМ; б) о создании комсомольского сцепа; в) персональное дело комсомолки Лебедевой; г) о задачах комсомольской организации в проведении зимнего спортивного сезона; д) о выполнении Постановления Совета Министров СССР от 25 июня 1951 года. Кроме этого, проводились цеховые комсомольские собрания, на которых были избраны комсгрупорги.

Вопрос явки членов ВЛКСМ на комсомольские собрания не стоял в депо остро. В целом к этому вопросу комсомольцы относились добросовестно. Отдельные случаи неявки на собрания без уважительной причины бывали. Разбор таких случаев проводился на заседании комсомольского комитета. Лишь одно собрание было сорвано по причине неявки комсомольцев. Но хромала организация комсомольских собраний. Они проводились без предварительной тщательной подготовки со стороны комитета ВЛКСМ и без привлечения к подготовке комсомольского актива.

10 ноября 1951 года на заседании партийного бюро была рассмотрена деятельность комсомольской организации. Партия стала также сильнее интересоваться и другими вопросами работы комсомольцев и оперативнее решала возникающие проблемы. Это привело к положительным сдвигам в её работе.

Повысилась ответственность комсомольской организации. Она стала чаще ставить вопросы об укреплении трудовой дисциплины, о безупречном выполнении приказов и распоряжений руководства депо, а также о повышении комсомольской дисциплины. 

Комитет ВЛКСМ принимал активное участие во всех производственных инициативах работников депо. Комсомольцы боролись за повышение производительности труда, внедрение передовых методов работы, в том числе и увеличение норм межремонтного пробега. В целом социалистическим соревнованием были охвачены многие комсомольцы. В передовых рядах находились Н.П.Шаров, А.И.Устинов, В.А.Архипов. К числу недостатков, имевших место в середине 1952 года, можно отнести то, что среди комсомольцев отсутствовал учёт стахановцев и ударников. Однако в этом вопросе комсомольцев подводили их старшие товарищи. Так, на подведение итогов соцсоревнования в местком А.Белокурову приглашали только два раза.

Одной из инициатив явилось создание комсомольско-молодёжного сцепа. Эта идея была высказана весной 1952 года на заседании узлового комитета ВЛКСМ. Однако на тот момент её реализация была связана с определёнными трудностями. По идее, создание такого сцепа должно было пропагандировать идею комсомольского движения. Но среди комсомольцев и молодёжи было недостаточное количество передовиков. А без них такой сцеп не смог бы успешно участвовать в социалистическом соревновании. Поэтому получилось бы наоборот, дискредитация идеи комсомольского движения. Условиями создания сцепа должны были стать более высокая профессиональная и политическая активность комсомольцев.

В скором времени, однако, эта проблема была решена. С комсомольцами была проведена разъяснительная работа. В первую очередь она относилась к А.И.Устинову, С.И.Дмитриеву, В.А.Архипову, которых и предполагалось поставить на этот сцеп. Они были нацелены на успешное решение производственных задач. Уже с летнего графика комсомольско-молодёж-ный сцеп стал успешно функционировать.

Кроме этого, проходилась также и работа, лишь косвенно связанная с производством. Так, например, комсомольцы принимали активное участие в сборе металлолома, а также в рейдах по общежитиям. Несмотря на то, что эта деятельность не имела прямого отношения к работе депо, она приучала людей быть бережливыми хозяйственниками в использовании вверенной им техники, а также приучала к чувству коллективизма. Старый металл находили в лесах, на болотах. Оттуда металлолом вывозился на машинах в депо. В основном это было оружие, оставшееся после окончания Великой Отечественной войны.

В дальнейшем, несмотря на то, что работа комсомольской организации была активизирована и к секретарю А.Белокуровой стало возникать меньше претензий, по решению комсомольцев в 1952 году вместо неё секретарём был избран молодой мастер колёсного цеха В.Багаев.

К комсомольцам предъявлялись более высокие требования, чем к несоюзным молодым работникам. С них строже спрашивали за выполнение производственных показателей. Особенно это касалось фактов, непосредственно относящихся к соцсоревнованию. Когда создавался комсомольско-молодёжный сцеп, каждая кандидатура машиниста тщательно обсуждалась. В то же время комсомольцы и сами относились более ответственно к порученному делу. Когда бригадами сцепа были допущены факты брака в работе, комсомольцы сами провели расследование, нашли причины и приняли меры по их искоренению.

В целом, комсомольцы работали более успешно, чем их несоюзные ровесники. Они активнее участвовали в соцсоревновании, брали на себя рационализаторскую и изобретательскую работу. Комсомольцы шире привлекались к выполнению общественных поручений  и нагрузок. Они выдерживали более высокие нагрузки, относились более добросовестно к порученному делу. Одним из таких передовиков являлся комсомолец Г.В.Осипов. Несмотря на то, что у него имелись определённые заболевания, работал он наравне со всеми и даже старался быть лучше других.   

Одной из важных задач комсомольской организации была общеобразовательная и техническая учёба комсомольцев и молодёжи. Повышение общей и специальной грамотности значительно расширяло кругозор работников, что помогало им решать как производственные, так и социально-политические вопросы. Социалистическая система по своей природе была заинтересована в расширении грамотности трудящихся, поэтому рост образования рассматривался как обязательный элемент производственной деятельности. Политическое и общеобразовательное обучение комсомольцев началось уже в 1951 году. В первом учебном году в школах рабочей молодёжи обучалось 8 человек. В сети комсомольского просвещения обучалось 12 человек, в школе машинистов – двое.

На состояние учёбы комсомольцев пристальное внимание обращал комитет деповской ВЛКСМ. Он периодически проводил проверку того, как комсомольцы учатся. В 1951/1952 учебном году плохо обстояли дела с общеобразовательной учёбой у Шпанцева, Медведева и Гусева. Первый вынужден был остаться на второй год, второй и третий заканчивали годовую программу по обучению, но с большим трудом.

Большое значение для идейного и производственного роста комсомольцев являлись беседы с ними их непосредственных руководителей – мастеров и бригадиров. Эти беседы помогали нацелить комсомольцев на решение тех или иных задач, стоящих перед производством, а также на укрепление трудовой и производственной дисциплины. Однако до марта 1952 года эта форма работы в депо практически не использовалась. Мастера и бригадиры с молодёжью не беседовали.

В мае 1952 года в депо насчитывалось 49 человек несоюзной молодёжи. Однако их активность в этот период в различных мероприятиях, которые проводила комсомольская организация, была недостаточно высокой. Причины этого заключались в том, что сами комсомольцы ещё не научились работать должным образом. Другой причиной являлось то, что молодёжь жила очень разбросанно. При недостаточном уровне развития общественного транспорта, который наблюдался в 50-х годах это иногда служило серьёзным тормозом для участия в тех или иных мероприятий молодым людям, проживавшим далеко от места их проведения. 

Комитет ВЛКСМ занимался организацией и досуга молодёжи. Проводились походы в театры, музеи, организовывались вечера. Молодые работники депо часто посещали Выборгский дом культуры, где становились участниками ряда интересных тематических вечеров, например: «Мир победит войну», «Под солнцем Сталинской Конституции». В начале 1952 года состоялась встреча молодёжи района с представителями молодёжи стран народной демократии. В культурную программу входили и коллективные посещения музеев и театров Ленинграда. Так, за период до марта 1952 года комсомольцы провели 15 культпоходов в театры и кино.

Активно проводилась борьба с теми недостатками, которые имелись у отдельных представителей трудового коллектива. Так, комсомолец Устинов, охраняя весной 1952 года новые составы по станции Белоостров, самовольно покинул свой пост. Следствием этого стало изъятие без разрешения руководства работниками депо запасных частей с этих секций. Проступок Устинова был рассмотрен на комсомольском собрании.

В целом работа комитета ВЛКСМ имела большое значение для депо. Производственные нормы перевыполняли очень многие комсомольцы. В 1952 году фамилия слесаря комплексной бригады Д.И.Микова была занесена на Доску почёта. Комсомольцам Ю.Пургину, машинисту В.Архипову объявлялась благодарность за стахановский труд.



[1] ЦГА ИПД, ф.455, оп.3, д.4, л.140

[2] ЦГА ИПД, ф.6083, оп.1, д.21,л. 9

Sape